С этим нужно что-то сделать – избавиться, разобраться. Понять, что это такое для начала. Мне не плохо, нет, но это гложет меня, возникает время от времени, напоминает о себе.

В большом городе можно затеряться, в стране можно затеряться, не вспоминать, но “в контакте” и “одноклассники” все испортили. Может, если бы не они, я и не думала бы об этом.

Может показаться, что это не важно, что я все придумала, но это вопрос моей жизни, моей свободы, моего счастья.

А теперь по-честному, максимально по-честному.

Через три месяца мне стукнет 24, почти четверть века. Что я сделала за это время, кто я к 24 годам? Ничего и никто. Я почти 7 лет училась неизвестно чему, и училась – это громко сказано. Может у меня просто кризис какого-то там возраста, скажете вы, может быть, вы будете правы, может быть я только в начале своего пути и все такое. Может быть, так и есть, и это пройдет. Если бы не…

В 7 классе к нам пришла девочка. Ее семья переехала из Киргизии. Она была круглой отличницей, умной, способной и прилежной ученицей. Мы сразу подружились. До нее мне было с кем общаться в классе, но было не особо интересно. А с ней было интересно, нам было о чем поговорить, мы обе любили читать, нам нравились одни и те же мальчики (хотя и выбора-то особо не было, чтобы нам нравились разные), мне кажется, и ей было интересно со мной, иначе она бы не стала общаться. Меня в классе не особо любили, к ней же относились хорошо. Не могу сказать, чтобы я страдала от этой нелюбви, скорее, считала одноклассников недостойными меня, шушерой считала (ха, может оттого и не любили!), больше же страдала потому, что любили Наташу, о чем она не единожды напоминала мне. Как-то мы гуляли и немного поругались, я что-то сказала ей, не помню что, на что она ответила мне, что я должна быть благодарна ей, потому что в классе считают меня дурой и говорят ей, чтобы она не общалась со мной, а общалась с ними. Она же, такая хорошая, общается со мной, за что я должна быть ей благодарна.

Это было первое маленькое предательство с ее стороны. Потом было много других - подобных. Я никогда не думала об этом с ее точки зрения. Может, она все делала правильно, а я реагировала слишком эгоистично. Может, это и не было предательством? Иногда я думаю, что наша дружба была не дружбой, а соперничеством. Но с другой стороны, я точно знаю, что любила ее.

Она училась лучше меня, прилежней, она была круглой отличницей, я нет, у меня были четверки, но я и не стремилась к пятеркам. Как-то классная руководительница на собрании сказала про меня: “Алина – очень умная девочка, но ленивая”. Это меня устраивало. Мы участвовали в олимпиадах, поначалу ее участие было успешней - она занимала первые места, хорошо, если я была на третьем. Я думаю, что завидовала ей. Я тоже хотела занимать первые места, но в то же время понимала, что у меня не получалось по моей собственной вине. В 11 классе я заняла первое место сразу на нескольких олимпиадах, победила в нескольких конкурсах, а она нет. Сведения об этом пришли в школу в один день, когда мы сидели на уроке литературы. Учительница даже пошутила, вот, мол, звездный час какой. Когда мы шли домой, я чувствовала, как ее гложет зависть. Я знала тогда, что она завидует мне. В нашей дружбе было много таких моментов. Несомненно, в нашей дружбе было и много хорошего. А вообще я не знаю, как она относилась ко мне.

Мы обе поступили в московские вузы. Я мечтала об этом класса с восьмого, и она знала об этом. Она же сказала мне о том, что собирается ехать в Москву за месяц до поездки. Я почему-то долго не могла простить ей этого, хотя не вида не подавала, сделала вид, что я рада за нее. Мы продолжали общаться и здесь, в Москве, хотя, как мне кажется, это больше было нужно мне, чем ей, по крайней мере, так казалось по ее поведению. Когда мы договаривались о встрече, она могла опоздать на час, а я стояла и ждала, потом она объясняла мне, что проспала, а выехать без того, чтобы принять душ, она не могла.

Через год я серьезно заболела и попала в больницу. Так получилось, что в тот момент у меня не было почти никого, кто мог бы прийти ко мне – родители жили тогда в Оренбурге, и денег приехать в Москву не было. Я попросила ее прийти ко мне и принести пару нужных мне вещей, она обещала, что придет. Вещи были недорогие, деньги за них я бы отдала, но мне важны были не вещи, а чтобы кто-то просто пришел ко мне. В тот день, в который я ее ждала, я позвонила ей, чтобы рассказать о том, как ехать в больницу, она сказала мне, что она вчера разговаривала с отцом, и он запретил ей ехать в больницу, заразу цеплять. Я пролежала там почти два месяца, и за эти два месяца у нее не нашлось времени приехать и навестить меня, дорога от ее общаги занимает минут 20 на метро и минут 10 до метро. Это было очень больно и обидно, особенно когда позже я узнала о том, что в ноябре (как раз то время, когда я лежала в больнице), она ездила в магазин, который я, кстати, показала ей, и купила себе там ботинки. Дорога в этот магазин занимает не меньше часа в один конец. Я не могла простить ей этого, и какое-то время не общалась с ней, потом все же мы стали общаться, но общение было уже не таким, оно было натянутым и каким-то таким, как будто по инерции, по привычке. Потом мы поругались из-за какой-то чепухи, но мне было уже все равно, я относилась к ней хуже, чем раньше, для меня она была просто человеком, который учится в мифи и разбирается в компах.

Мы поругались – мы даже не поругались, мы просто перестали общаться, то, что подразумевалось, стало явным, и я была рада.

Я жила своей жизнью, изредка вспоминала ее, как часть своего детства, иногда мне просто было любопытно узнать, как она там. Иногда я ездила в родной город и видела ее родителей.

Все изменили “одноклассники”. Я зарегистрировалась там и на странице нашей школы увидела ее. На ее странице не было фотографии. Я посмотрела и вышла. Потом как-то я просматривала страницу нашей общей подруги “в контакте” и в ее друзьях я нашла Наташу, ее страница была скрыта, и я не смогла посмотреть ее. Меня неприятно поразило то, что я наткнулась на нее. Время от времени я заходила “в контакт” и на “одноклассники”, иногда на ее страницу, иногда я думала о ней, мне было интересно, как она живет, чем занимается, в чем преуспела и преуспела ли вообще.

Этим летом мы с родителями были в Оренбурге и мой папа встретил ее отца у подъезда – они поболтали, кто как и где. Наташа не замужем, еще учится и т.д. это еще больше подстегнуло мой интерес к ней. Я стала чаще думать о ней. В последнее время это приобрело характер если не навязчивой идеи, что по крайней мере очень прилипчивой идеи. Я не знаю, почему я так часто думаю о ней, живет ли во мне этот дух соперничества, может, это какой-то особый род зависти. Мне очень хочется узнать о ней. Была даже идея как-то проникнуть на ее страницу “в контакте” и посмотреть, что там. Иногда мне кажется, что я просто скучаю по ней. Иногда мне кажется, что я должна сравнить свои и ее достижения. Мне кажется, я должна поговорить и расставить все по местам, чего мы так и не сделали тогда. Иногда мне кажется, что это лишнее и это моя паранойя. Иногда мне кажется, что я должна просто как бы отпустить ее. Либо все это вместе.

Сегодня я зашла на свою страницу на “одноклассниках” и увидела, что она заходила ко мне на страницу. Что ей нужно было здесь? Может она зашла туда, потому что я заходила к ней до этого? На фотографии симпатичная ухоженная девушка, кажется, в меховом воротнике на новогоднем корпоративе.

Почему все это так волнует меня? Почему?

Я не хочу, чтобы моя жизнь зависела от кого-то таким или любым другим образом. Я не хочу, жить, что-то кому-то доказывая или сравнивая себя с кем-то. Как избавиться от всего этого?

Меня многие любят в группе, у меня есть хорошие друзья, любимый мужчина, я умна, что не дает мне покоя? Мои непомерные амбиции и честолюбие?